– Как долго? – вновь спросил он, менее резко. – Эта черная лавина наводнила наши северные границы. Наш враг хитер.
– Он просто шлет толпы на убой, – возразил Тинтагель.
– Он убивает время, – объяснил эльфийский король. – Он приносит в жертву смазку для клинка, чтобы держать нас в напряжении. Проклятая игра в ожидание.
– Что-то случится вскоре, – сказала Шейли. – Я чую напряжение. Наш враг скоро проявит себя.
Галладель взглянул на нее с недоверием, но слишком хорошо знал эльфийку чтобы не доверять ее интуиции. Шейли была той, кто убедил его, и затем организовывал засаду в Долах, великолепно просчитав первые шаги их врага. Король был определенно рад что она на его стороне, особенно когда Эльберет, его сын и ближайший советник, на востоке пытается добиться ответов от клериков Библиотеки Наставников. Галладель велел Эльберету остаться, но его приказ мало что значил для своенравного сына.
– Скоро, – повторила Шейли, видя что Галладель, казалось, готов сломаться от напряжения.
– Они идут сейчас, – прощебетал голос со стороны. Галладель и Шейли одновременно обернулись и с изумлением уставились на огромный дуб.
Они услышали хихикание. Надеясь защитить ее короля, Шейли выхватила свой тонкий меч и двинулась вперед. Тинтагель занял позицию сбоку, достав из кармана компоненты для заклинания и готовый ударить в момент опасности.
– О, только не говорите мне что вы не слышите зова дерев! – сказал голос, двигаясь позади дуба. Фееподобная женщина, с кожей цвета дубовой коры и темно-зелеными волосами подобно листве великого дерева, выглянула из-за огромного ствола.
Шейли вложила меч обратно в ножны. – Мы ничего не слышали, кроме предсмертных криков захватчиков, – холодно сказала эльфийка.
– Кто она? – осведомился Галладель.
– Дриада, – ответила Шейли. – Хаммадейн, я думаю.
– О, ты помнишь меня! – прощебетала Хаммадейн, и захлопала своими тонкими ладонями. – Но ты только что говорила, что ощущаешь это!
Резкая перемена темы дриадой смутило эльфийку. – Что ощущаю? – спросила она.
– Волнение в воздухе! – воскликнула Хаммадейн. – Это голоса дерев что ты слышишь. Они в страхе, и не могло быть иначе.
– Что это за бред? – проворчал Галладель, подходя к Шейли.
– О, нет, не бред! – ответствовала Хаммадейн, неожиданно несчастным голосом. – Идет могучая сила, и их слишком много чтобы дерева могли их счесть. И они несут огонь и топоры! О, эльфы должны остановить их – вы должны.
Шейли и Галладель обменялись смущенными взглядами.
– Внемлите! – воскликнула дриада. – Вы должны услышать.
– Мы слушаем! – прорычал раздраженный Галладель.
– Внемлите деревам… – обьяснила Хаммадейн. Ее голос удалялся – и ее тело, казалось, тоже – по мере того как она растворялась в дереве. Шейли бросилась вперед, чтобы поймать дриаду или последовать за ней, но протянутые руки эльфийки встретили лишь грубую кору могучего дуба.
– Дриады, – протянула Шейли, ее тон был далек от доброжелательного.
– Слушать деревья, – усмехнулся Галладель. Он пнул дерн у основания огромного дуба и отвернулся.
Шейли была удивлена степенью раздражения короля. Говаривали, что деревья Шильмисты прежде всегда говорили с лесными эльфами, что однажды деревья поднялись с корней и вышли на бой за Делланиля Квиль'квиена, эльфийского короля-героя в давно прошедшие дни. Это была лишь легенда для юной Шейли, но наверняка Галладель, прямой потомок Делланиля, жил в те времена.
– Как мы знаем, наш противник приближается, – начала Шейли, – в большом количестве. И мы знаем, откуда они идут. Я устрою еще один сюрприз…
– Мы знаем только то, что сказала нам дриада! – заорал Галладель. – Ты рискнешь всей обороной ради мимолетной болтовни дриады, этого существа, по своей натуре полного полуправды и коварных чар?
Вновь девушка была поражена необоснованным гневом Галладеля. Дриады никогда не были врагами для эльфийских дружин, и могли даже стать полезными союзниками.
Галладель глубоко вздохнул и похоже успокоился, повидимому тоже поняв неуместность своей ярости.
– У нас есть только слова Хаммадейн, – Шейли продолжила осторожно, – но я не сомневаюсь что наш враг в пути. Есть множество оборонительных высот между нами и северной границей. Будет благоразумно начать готовиться, что бы там не говорила дриада.
– Нет, – твердо сказал Галладель. – Мы не должны сталкиваться с врагом вновь. Мы не сможем вновь застать их врасплох и исход может быть гибельным.
– Наши войска сильнее у сердца леса, – продолжил Галладель, – и здесь мы сможем легче перемолоть всю их силу, если она действительно приближается.
Шейли посерела, но осталась твердой как адамант. – Если мы сбежим, мы оставим им на уничтожение многие мили леса, – прокричала она. – Шильмиста наш дом, от самого южного дерева до самого северного!
– Даоин Дан не так далеко, – Тинтагель предложил компромиссный вариант. – Пещеры дадут нам убежище, и безусловно, горные склоны работают нам на пользу.
Шейли обдумывала предложение несколько мгновений. Она должна была подготовиться перед следующим наступлением, но она прекрасно понимала, что Галладель не последует ее суждениям. Даоин Дан, Холм Звезд, выглядел разумным компромиссом. Она кивнула Галладелю.
Короля эльфов это похоже не убедило. – Есть лучшие места к югу, – сказал он.
Шейли и Тинтагель обменялись испуганными взглядами. Обоим хотелось чтобы Эльберет был здесь, ведь эльфийский принц был ближе к их образу мысли, больше жаждущий сберечь то немногое, что осталось от славы Шильмисты. Возможно Галладель жил слишком долго; бремя правления на протяжении столетий не могло не оставить на нем свой след.
– Наших врагов тысячи, по всем докладам, – Галладель зашипел на них, чувствуя их скрытое неодобрение – его самого и его суждений. – Мы имеем меньше семи сотен, и слабую надежду что наша храбрость поможет нам отбросить черную лавину. Не путайте храбрость с глупостью, говорю вам я, а я пока еще ваш король!
Младшие эльфы исчерпали свои аргументы, тем более что по всему эльфийскому лагерю в сосновой роще раздавались крики. – Пожар! – доносилось оттуда.
Один эльф проломился сквозь кусты, чтобы доложить своему королю. – Пожар! – крикнул он. – Наш враг поджег лес. На севере! На севере! – Затем эльф развернулся и убежал, вновь сквозь естественную изгородь.
Галладель отвернулся от Шейли и Тинтагеля, нервно пригладил рукой свои вороные волосы, и пробормотал несколько проклятий Эльберету за его уход.
– Даоин Дан? – спросил Тинтагель с осторожной надеждой.
Галладель покорно махнул рукой в сторону волшебника. – Как хотите, – безразлично ответил он. – Как хотите.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
